Пять главных альбомов чёрного блюза
moris126
Оригинал взят у starkov_blues в Пять главных альбомов чёрного блюза

Что послушать, чтобы разобраться в настоящем «черном блюзе»? Начните с этих пяти пластинок.



Robert Johnson — King Of The Delta Blues Singers (Columbia, 1961)

Первый член «клуба 27», Роберт Джонсон по легенде то ли был отравлен, то ли зарезан ревнивым мужем. По другой легенде, он выходил в полночь на перекресток, чтобы обменять у дьявола душу на талант исполнителя блюзов. О нем вспомнили только через 23 года после его смерти — и альбом этот, составленный из записей 1936-37 годов, оказал влияние на весь блюз в целом, и не только: блюзы Джонсона пели Эрик Клэптон, Rolling Stones и Led Zeppelin, а Sweet Home Chicago стал неформальным гимном города. Был обмен или нет, неясно, но талант — вернее, гений — был.

Read more...Collapse )


ПРЕКАРИАТ - ДИТЯ УПАДКА
moris126
Оригинал взят у domestic_lynx в ПРЕКАРИАТ - ДИТЯ УПАДКА
Недавно повстречала приятельницу детства. Стали вспоминать, кто что и кто где. И оказалось вполне обычное, что никого сегодня не удивляет: ни один из наших друзей не работает по специальности. Даже не обязательно по специальности, полученной в вузе – просто хоть по какой-нибудь определённой специальности. Все где-то сидят, что-то делают, что и назвать-то затруднительно: кто торгует, кто в офисе… Почти невозможно вспомнить кого-то, кто делал что-то определённое в жизни, совершенствовался, становился мастером, приобретал известность в профессиональной среде, обрастал учениками – независимо от того, профессор ты или фрезеровщик. Такое было характерно для поколения наших родителей, а мы – те, что сегодня понемногу начинают выходить на пенсию, в своей жизни попробовали и того, и этого, иные даже изловчились заработали какие-то деньги, но профессионалами не стали. Кто стал – это редкость, исключение из исключений.
Кем мы стали? Никем
Да, наше поколение переехала пополам капиталистическая революция 91-года. До неё мы не успели сформироваться, а после – развалилась вся жизнь и пришлось как-то барахтаться.
Но вот что интересно: и поколение наших детей – ровно в таком же положении: и то, и это, одних высших образований у кого два, а у кого и все три, многие кандидаты каких-то там наук, а по существу – пшик. Перекати-поле. То, что в старину называлось «лицо без определённых занятий».
Любопытно, что и разницы-то особой между обладателями разных дипломов и тех, у кого их нет – как-то не наблюдается.
Не только у нас так - очень сходная картина в тех странах, с которых мы привыкли брать пример. Мои бывшие итальянские сослуживцы, а паче того – их дети, ровно в таком же положении. Какие-то обрывки работ: недолгие, неопределённые, невнятные, бесперспективные.
Оно и понятно: на протяжении последней четверти века исчезало и сегодня почти вовсе исчезло понятие профессии. Кто-то утратил свою профессию, кто-то – не приобрёл, в итоге все не профессионалы, а…- кто? Да так как-то… Для этого «так как как-то» даже слово придумано: прекариат. Слово склеено из двух: proletariat на precarious. По-английски это значит ненадежный, сомнительный, опасный, рискованный, шаткий, непрочный, случайный, нестабильный, неустойчивый.
Такие вот работнички – невнятные и ненадёжные. Вроде тех, о которых часто рассказывает мой сын, владелец маленького строительного бизнеса. Сначала они слёзно просят денег на проезд от места жительства, а получив – почасту исчезают, иногда прихватив что-нибудь из электроинструмента. Рассказывает сын в самых юмористических тонах, но дело-то серьёзное, не юмористическое.
Слово «прекариат» начали употреблять социологи ещё в 80-е годы ХХ века для самых неквалифицированных трудящихся, чьё социальное положение шатко и невнятно, вроде сезонных рабочих. Но с годами шаткость и невнятность расползлась и охватило собой почти что весь рынок труда.
Об этом явлении сейчас много говорят. Есть даже ставший почти классическим труд - Гай Стэндинг «Прекариат – новый опасный класс», опубликованный в 2011 г. (The Precariat: The New Dangerous Class).
«Пора осознать проблему мирового прекариата, и как можно скорее. В нем зреет недовольство и обеспокоенность», - пишет автор.
«Помимо незащищенности труда и незащищенности общественного дохода прекариату недостает самоидентификации на основе трудовой деятельности. Поступая на службу, эти люди занимают должности, менее перспективные в плане карьерного роста, без традиций социальной памяти, они не дают возможности почувствовать свою причастность к трудовому сообществу с устоявшейся практикой, этическими и поведенческими нормами, не дают чувства взаимной поддержки и товарищества».
«В 1960-е годы, - рассказывает Стэндинг, - типичный работник, выходящий на рынок труда в промышленно развитой стране, мог ожидать, что до наступления пенсионного возраста сменит четырех работодателей. В условиях того времени имело смысл отождествлять себя с фирмой, в которой он работал. В наши дни это было бы большой глупостью. Сейчас типичный работник – вероятнее всего, женщина – может рассчитывать на то, что сменит девять работодателей, прежде чем достигнет тридцатилетнего возраста. Такова степень изменений, которые несет с собой гибкость численности». Гибкость численности – это значит: чуть уменьшилась работа – увольняю, чуть увеличилась – нанимаю. Правда, никакого приличного работника так вот вдруг не наймёшь, ну зато дёшево и сердито.
По расчётам автора, четверть взрослого населения самых что ни наесть приличных стран относится к прекариату. Марин Ле Пен в своей недавней книжке «Во имя Франции» говорит, что одна треть работ, производимых во Франции, делаются силами таких вот трудящихся, что перебиваются на птичьих правах. И это не так уж много: в Южной Корее, есть данные, таких половина.
Прекарии страдают оттого, что Стэндинг называет "Четырьмя "A". Первая "А" - anxiety - тревога из-за неопределенности. Вторая "А" -alienation – отчуждение из-за необходимости заниматься не тем, чем хочется. Третья "А" - anomie– невозможность самоидентификации из-за разрыва социальных связей. Четвертая "А" -anger – злость - результат предыдущих трех "А".
Кто мы? Зачем мы?
У прекариата нет внятного самосознания и даже устойчивого самоощущения. Кто я? Каково моё место в жизни? Что я значу и значу ли я вообще что-нибудь, или я просто пыль, гонимая ветром? Все эти неловкие вопросы в большинстве случаев остаются без ответа. Вернее, хозяева дискурса дают на них утешительные ответы, слегка купирующие боль бессмыслия. Вроде таблетки анальгина при зубной боли.
Перво-наперво мастера агитпридумок говорят: так всё и должно быть. Профессия – это прошлый век. Даже детей в школе сегодня учат: ты должен быть готов к тому, что переменишь в жизни множество профессий. Сегодня полагается быть мобильным, динамичным, смело принимающим вызовы времени. Это в совке голимом восхваляли рабов системы, у которых было всего две записи в трудовой книжке: «Принят учителем школы № такой-то (слесарем-инструментальщиком п/я № такой-то) – уволен в связи с выходом на пенсию». Теперь не те времена! Сегодня человек постоянно стремится к лучшему, конкурирует, подстраивается под требования рынка. Едва поступил на работу – тут же начинай рассылать резюме во все концы в поисках нового места. Для писания резюме даже курсы особые есть; это, пожалуй, единственный профессиональный навык, которым обладает большинство современных работников. Какая ещё лояльность компании? Это прошлый век, отсталость. Сегодня человек постоянно должен находиться в поиске работы: это рынок, детка! Помню, в 90-е годы была широко распространена такая мудрость, которую выдавали за американскую и, следовательно, непререкаемую: работать в одном месте и по одному профилю больше четырёх лет нельзя. Иначе ты – лузер. За четыре года ты уже всё получил, что мог с данного места. Но четыре – это ещё ничего. Большинство трудящихся, которые нанимаются к нам в компанию, до этого работали на одном месте от полугода до полутора. (Впрочем, у нас они, по странности, задерживаются, что не совсем типично).
«Проповедь гибкости учит людей, что неизменность – враг гибкости. Опыт Просвещения говорит нам о том, что человек сам должен определять свою судьбу, а вовсе не Господь Бог и не силы природы. Прекариату говорят, что он должен соответствовать требованиям рынка и все время приспосабливаться.
Смещение в сторону временного труда – примета глобального капитализма», - пишет Стэндинг.
Рынок в руководящей картине мира – это некий абсолют, который не полагается обсуждать, а можно только лишь стремиться ему соответствовать. Кто соответствует - тому респект и уважуха; правда, чисто словесная. Современный мир вообще наладился решать свои проблемы словесно. Не смогли адаптировать мигрантов – объявили мультикультурализм. Не смогли решить проблемы негров – переименовали их в афроамериканцев. Всё, что есть, велено почитать нормальным и даже почтенным. Не соответствуешь новым трендам – значит, ты лузер. А лузерство полагается скрывать, как дурную болезнь.
В современном мире всё больше проблем решается словесно – переименованием неприятных явлений в приятные или хотя бы нейтральные.
Зато какие титулы создала глобальная рыночная экономика! Мелкого торговца, который от безнадёги завёл лоток между дверями крытого рынка, называют предпринимателем. Выбивалку накладных на складе – менеджером, а то и старшим менеджером. Интеллигентного бедолагу, перебивающегося рекламными статейками вперемешку с переводами невесть о чём – именуют иноземным словом «фрилансер». Многие занятия, которые в прежние времена были подработкой в свободное время, превратились в занятия единственные и в высшей степени ненадёжные. Например, в прежнее время некоторые преподаватели подрабатывали репетиторством, но всё-таки главным их делом было преподавание в школах и в вузах, с чем они связывали свою профессиональную и социальную идентичность. Теперь всё иначе. Теперь наметился своего рода «замкнутый цикл»: девушка долбит у репетитора английский, триумфально поступает в какой-нибудь лингвистический университет, пять лет там учит тот же английский, чтобы потом стать домашней долбилкой, потому что никакой внятной работы ей не светит.
У прекариата нет внятного самосознания и даже устойчивого самоощущения. Кто я? Каково моё место в жизни? Что я значу и значу ли я вообще что-нибудь, или я просто пыль, гонимая ветром? А может, я всё-таки современный амбициозный профи международного уровня: мне ведь переводик из Канады подкинули…. Все эти неловкие вопросы в большинстве случаев остаются без ответа. Вернее, хозяева дискурса дают на них утешительные ответы, слегка купирующие боль бессмыслия. Вроде таблетки анальгина при зубной боли.
А кому таблетка не помогает – пригодится примочка.
Бренд – примочка для самооценки
Бренд – это относительно долго живущая и хорошо узнаваемая марка товара. Но не только. Бренд – это ключевое слово эпохи. Сейчас говорят о создании личного бренда, т.е. бренда из себя самого. Проводятся семинары «Формирование личного бренда» (я, правда, никогда не участвовала в таком семинаре). Логично: человек давно уже стал товаром, так почему ж ему не стать брендовым товаром? Ведь современный потребитель стремится покупать только брендовые товары.
Брендовый товар стоит в разы больше товара no name при ровно тех же потребительских (и всех прочих) свойствах. В большинстве случаев их и изготовляют-то на одной и той же китайской фабрике. А уж компоненты для всех них – вне сомнения, «из одной бочки наливают». Но тем не менее – брендовое стоит в разы дороже. Это уж поверьте работнику торговли со стажем.
Разумеется, сами торговцы оспаривают идентичность брендовых и небрендовых товаров, но делают это всё менее настойчиво, скорее ритуально, по привычке. Сейчас вообще всё меньше разговоров о реальных физических свойствах товаров. Какая, в самом деле, разница тепла ли куртка, если такую носит сам Дима Билан? О физических свойствах товаров пекутся только в самой низкой нише: об этом говорят разве что с бабульками на рынках да в подземных переходах. А пригламуренной публике подавай марку и престиж.
Сегодня всё меньше рекламы, упирающей на реальные свойства рекламируемых предметов (сладкий, вкусный, тёплый, быстрый) – это прошлый век. Сегодня говорят о «правильном пиве», о будущем, которое «зависит от тебя» - т.е. о предметах виртуально-престижных. Кому охота пить неправильное или не контролировать своё будущее? Вот именно! Значит, надо покупать.
Именно поэтому производители предпочитают вкладываться гораздо больше в бренд, чем в реальный товар. Ощущение такое, что товар – всё больше превращается в докучный придаток к бренду. Успешные предприниматели – это те, кому удалось реализовать такую схему: раскрутить бренд, а потом продать его. И отдыхать. И это логично. Раскрученный сильный бренд стоит в наши дни гораздо больше, чем фабрика, производящая соответствующие товары. Фабрика, производившая когда-то сковородки и пр. под маркой «Тефаль» давно закрылась, сама фирма, кажется, разорилась. А бренд – продан. И продолжает жить и зарабатывать деньги своим хозяевам.
Брендируется в наши дни буквально всё. Включая такие вещи, которые вроде бы представляют собой чистую функцию, вроде швабры, унитаза или кастрюли. Тем не менее, и в этой области есть свои фавориты и аутсайдеры престижа. Однажды я познакомилась с одной гламурной дамой и оказалась у неё дома. ВСЕ предметы в ванной и на кухне у неё были самых дорогих брендов. Заметив, что я задержала на чём-то взгляд, она прокомментировала: «Я стараюсь, чтобы всё, к чему прикасается моя рука, было самой хорошей марки».
Современный человек, когда покупает, платит не за свойства товара, а за прирост самоуважения, самооценки. В какой-то мере так было и раньше, но сегодня это явление разрослось и стало ведущим и глобальным.
Почему именно сегодня людям так исступлённо нужен бренд?
Это суррогат уважения. А уважение человеку очень нужно, нужно ощущение какой-то своей значимости, ценности. Без этого невыносимо жить. Недаром выпивохи выясняют вечный вопрос: «Ты меня уважаешь?». Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке: уважения хочется каждому, но на трезвяк об этом помалкивают.
А за что его уважать-то – безвестного офисного сидельца, песчинку гонимую ветром? Да и кто будет уважать? Его и знать-то никто не знает. Он живёт в маленькой клеточке блочной громады, не зная ни соседей, ни жителей своей улицы – никого. Он не принадлежит ни к какому сообществу по месту жительства – это факт известный-преизвестный. По месту жительства он просто ночует: недаром районы блочных громад прозваны спальными. Он мотается на работу, отдавая транспорту изрядную часть своих силёнок, но и работа редко даёт толику уважения. Прежде всего, для огромного большинства работа эта – нечто случайное и временное. У него чаще всего и профессии-то никакой нет, разве что диплом какого-нибудь «финансово-юридического». Посидел здесь – пошёл туда. А ведь хочется, чтоб уважали, чтоб ты принадлежал к какому-то кругу, сообществу, и не к абы какому, а к кругу ценных и значимых. Уважали чтоб…
И тут на помощь приходит бренд. Приходит на мягких лапах, под видом друга. Как алкоголь, как «прозак». «Купи Х, - шепчет бренд – и тебя будут уважать». И он покупает. В первую очередь, разумеется, наш герой сам себя начинает больше уважать, потому что другим-то на него наплевать. «Мало того, - шепчет бренд, - ты будешь принадлежать к кругу избранных, которые тоже покупают Х. Ну, пускай не избранных, но всё-таки и не завалящих. Не замухрышек-нищебродов-замкадышей. Ты уже не один – ты с нами. С этими, у которых Х.»
Это даёт надежду. На что надежду? Ну, что парень, имеющий ЭТО, не может затеряться в жизни. И в конечном итоге всё будет Кока-Кола. А надежда она, сами знаете, дорогого стоит.
Это тоже своего рода болезненная приспособительная реакция к ужасу пустопорожней жизни – без смысла, без цели, без осознания себя.
Вот зачем нужен человеку бренд.
Прекариат: другой ракурс
Гай Стэндинг, как и большинство авторов, рассматривает прекариат с позиции, так сказать, охранительной: прекарии, по его мнению, того гляди взбунтуются и разнесут существующий порядок в щепки. Поэтому-де нужно реализовать концепцию безусловного основного дохода, то есть гарантированного государством денежного довольствия каждому гражданину. Попросту говоря, превратить временных и невнятных, но всё-таки работников во вполне легальных тунеядцев - прямой аналог римских пролетариев эпохи упадка, которым от казны полагались хлеб и зрелища.
Нельзя исключать такой исход: им, словно марксову пролетариату, нечего терять: от глобального пирога их отодвинули. Но в отличии от того пролетариата эти люди разобщены, плохо понимают происходящее и постоянно влекомы смутной надеждой: вот-вот что-то получится, куда-то устроюсь, разбогатею… А не устроюсь – сам виноват, не вписался в рынок. Так что этот класс, похоже, ещё долго не станет «классом для себя», выражаясь в марксистских терминах.
О прекариате много пишут в аспекте социально-сочувственном: как бедолагам солоно приходится. Вот и Ле Пен в числе прочих социальных проблем указывает на то, что «число краткосрочных работ дошло до тридцати процентов». Кстати, это не такая уж гигантская цифра: в Южной Корее, как пишет Гай Стэндинг в своей книжке, более половины всех трудящихся заняты на временных, «нерегулярных» работах.
Но у явления прекариата есть и другой важный аспект. Они, эти горемыки, - мощное орудие деградации всех сторон жизни. Они – неумехи. Не по своей вине, но факт остаётся фактом: неумехи. При том, что слово «профессионал», «профессиональный» - с языка не сходит – неумехи заполняют всё жизненное пространство. Уровень исполнения работ – любых – всё ниже, и он катится под уклон.
Найти сегодня знающего специалиста и умелого работника - невероятная удача. С кем ни поговори – от домохозяек до предпринимателей – все вздыхают и разводят руками: невозможно найти умелого человека. Если вдруг встретишь – считай, повезло; не всякому такая везуха выпадает. Умелого в чём? Да в чём угодно: от поклейки обоев до преподавания математики в школе. Директор школы, где учится моя дочка, печалится: никакими силами невозможно найти умелого педагога. При этом зарплаты учителей в Москве – приличные. Дело не в зарплате.
Работник космической отрасли недавно признался: непонятно, что будет, когда вымрут старики, которые ещё что-то умели. И дело тут не чисто в деньгах. Дело в том, что человек должен быть настроен на работу, а не на то, чтобы пересидеть, пока не подвернётся что-то позабористей. Человек заурядных способностей и даже неважной подготовки может научиться – если стремится к результату и верит в своё дело. Но для того, чтоб научиться – надо вложить в дело время жизни. По-другому не выходит. Существует представление, что специалистом человека делают 10 000 часов, отработанных по специальности. Не трудитесь считать: это пять лет полновесной работы на полный рабочий день. И кто может этим похвастаться? Даже если он и отсидит пять лет на одном месте (что не типично), рассылая резюме туда-сюда – будет он вкладываться в эту работу? Скорее всего – нет. Так оно и оказывается на самом деле.
Вообще, распространённое представление, что-де заплати больше – и человек будет хорошо работать, - неверно. Человек работает ровно так, как умеет. Если не умеет – толку от него не добьёшься, сколько ни плати.
Отсюда становится до прозрачности ясно, почему образовательные реформы имеют столь бледный, а часто и прямо смехотворный вид. Кого мы собираемся готовить? Для какой цели? Ах, образованного человека? Для чего – для светского small talk’ a? Если б мы готовили работников народного хозяйства, тогда можно было бы обсудить и прийти к выводу, чему и как учить, а так, как сейчас, - невозможно. В принципе. Эта задача не имеет решения, как пойти туда не знаю куда.
Скажу больше. Если бы каким-то непостижимым образом наша школа – средняя и высшая – начала замечательно, превосходно, лучше всех в мире учить, школяры не стали бы учиться. Буквально по старинному студенческому присловью: «Ему давали хорошее образование, но он его не взял». Не возьмут они! Потому что они поступают и учатся – ни для чего. Просто так учатся – чтоб продлить счастливое детство, потому что родители велели, потому что все так делают, потому что иначе возьмут в армию. Но вовсе не затем, чтобы научиться чему-то и ЭТО делать. Они же видят, как всё устроено в жизни, как работают их родители и знакомые. Так чего ж суетиться-то лишний раз, когда по специальности никто не работает? Да и нет её, по сути дела – специальности, так, запись в дипломе. Конечно, всегда есть исключения, встречаются люди, бескорыстно любящие знание, но я говорю о массовых процессах.
Теперь я перехожу к самому увлекательному вопросу: что со всем этим делать?
Я уже писала, что мы – наша страна, наш народ – находимся накануне больших перемен. Они висят в воздухе. В порядке дня стоит переход от разрушения – к созиданию, к творчеству новых ценностей. Не делить нефтяные доходы, а создавать передовую промышленность и сельское хозяйство, достойные нашего народа и нашей страны. Это вчерашний день – говорите? Сейчас экономика знаний? Ну что ж, знания так знания. Правда, по утрам отсталый народ на хлеб не знания намазывает – всё сыр с маслом норовит. Но знания, конечно, очень нужны. Для того, чтобы наладить производство в стране всего того, что требуется народу. Для такой большой страны, как наша, это вполне реалистичная задача.
Как только мы перейдём от разрушения и латания дыр на живую нитку – к созиданию и развитию, перед нами во весь рост встанет проблема кадрового дефицита. Да что дефицита – голода. Это будет самая-самая серьёзная проблема. Что кадры решают всё – это абсолютная истина, которой проникается любой, кто берётся сегодня за любое практическое дело. И каждый, кто берётся, немедленно осознаёт, в какой кадровой пустыне он находится. Ну что ж – надо выбираться.
Намечу некоторые важнейшие пути.
* Мобилизационная экономика: государство берёт в свои руки профессиональную подготовку всех уровней. Надо относиться к этому как к важнейшему общегосударственному делу. Готовить нужно тех, кто нужен, а не филолого-политологов. 9/10 гуманитарных специальностей закрываются или переводятся в статус народных университетов культуры.
* Обучение происходит строго за казённый счёт с выплатой стипендии, на которую можно прокормиться. Обязательное распределение после вуза. Хорошо, если при поступлении человек (примерно) знает, куда его пошлют. Для многих гарантия рабочего места – огромная радость и облегчение. Сколько времени должен отработать человек по распределению? Мне кажется, не менее пяти лет: именно за эти пять лет человек становится специалистом, врастает корнями в своё дело. Очень вероятно, что он так и останется там, куда его послали.
Принцип: лучше учишься – лучше распределение. Любопытно, что такой принцип распределения выпускников юнкерского училища описан в повести Куприна «Юнкера». Таким же он был в 50-е годы, когда мой отец заканчивал институт. Он был отличником, и ему предоставлялось выбрать из полного списка вакансий, и он выбрал Коломенский машиностроительный завод. Все студенты были ранжированы по успеваемости и выбирали себе место в порядке убывания успехов в учёбе. Мне кажется, это просто, практично и справедливо. И тогда, надо сказать, люди подлинно учились – просто потому, что видели ясную перспективу. Кстати, родители рассказывали, что уклоняющегося от распределения могли водворить на место едва не с милицией. Но среди их знакомых таких не было: распределение ощущалось как норма жизни – а как иначе-то?
Любопытно, что кое-где сегодня робко начинают заводить такой порядок. Приятель моей дочки, такой же выпускник школы, как она, живущий в Нижнем Тагиле, намеревается поступать в педагогический институт. Местные власти считают, что в школах недостаточно мужчин, и стимулируют поступление мальчиков в педвузы. Я не знаю всех условий, но знаю, что участник этой программы должен потом отработать пять лет там, куда пошлют. Но это всё точечные инициативы, а нужно, чтобы это стало нормой.
Вообще, пора сделать так, чтобы отъезд в дальние края по распределению стал нормой жизни. Это нужно пропагандировать, воспевать, романтизировать, ну и стимулировать материально, конечно. Нынешнее поколение молодых, уверена, воспримет это дело с энтузиазмом. Нам надо осваивать нашу землю, а не жаться к городам-миллионникам. Очевидно, что для такого дела нужен народнохозяйственный план. Что такое план, напомню: это задачи, сроки, ресурсы, ответственные, увязка с другими планами. План не имеет ничего общего с национальными программами, дорожными картами и т.п. – это другой жанр.
* Основной массе – среднее специальное образование.
Если сейчас стоит задача как можно дольше учить молодёжь, чтобы она не бузила и была вроде как при деле, то при переходе к созидательной экономике, потребуется, напротив, сделать так, чтобы люди начинали работать не в 23 года, а в среднем лет в 20. Это вполне возможно, если люди в своём большинстве будут получать среднее специальное образование Что это значит – я об этом много писала. Высшее образование должны получать процентов десять, но это должно быть подлинно высшее образование, направленное на производство новых знаний. То, что касается использования знаний уже имеющихся, - это всё компетенция среднего специального образования. Таких работ в народном хозяйстве больше всего.
*Было бы очень полезно поощрять и поддерживать профессиональные «династии», чтобы дети получали профессии своих родителей и продолжали их дело. Это очень улучшает качество трудовой подготовки. Вырастая в атмосфере определённой профессии, ребёнок уже с детства впитывает многое из того, что другой получает гораздо позднее, с помощью трудного опыта, а то и вовсе не получает. Не зря говорят, что хороший врач – это врач в третьем поколении; наследуют обычно профессии военного, дипломата. Человеку со стороны освоить их не так-то просто.
Не случайно в Средние века, да и позднее, профессии наследовались. Замкнутые профессиональные корпорации, цеха, отсутствие конкуренции помогало выработке качества труда, той самой умелости, которая восхищает нас при взгляде на старинные изделия. У нашего народа не было этого опыта, потому качество труда было всегда ниже. Наша поневоле торопливая, скомканная индустриализация не выработала массовый тип умелого работника, мастера (хотя, конечно, они были). Советское руководство это понимало: отсюда все эти «пятилетки качества». Понимать понимало, но до результата не довело, а потом всё и вовсе пошло прахом. Теперь придётся начинать даже не с нуля, а с большого минуса.
Назад в будущее?
Я не раз писала, что система жизни, которая ждёт нас на выходе из нынешней смуты и вообще на выходе из капитализма, будет, скорее всего, похожа одновременно на Средневековье и на советский социализм в его основных моментах. Для Средневековья характерно сословное строение общества. Когда-то сословия родились из практической потребности – как средства разделения труда. Занимаясь трудом определённого рода, люди достигали в нём виртуозности. Мне думается, что-то подобное в каких-то формах было бы полезно и сегодня. Если мы хотим отстроить страну и двинуться вперёд, нам потребно определённое «закрепление кадров» - географическое и социальное. Чтобы народ в целом стал умелым и производительным, нельзя, чтобы люди вот так беспрепятственно порхали по жизни: нынче я то, завтра это, а в итоге – ничего. Конечно, талантливые люди всегда выходили за рамки своего сословия, класса и даже предначертанной судьбы, но среднему человеку, каких абсолютное большинство, - это большое облегчение ничего не выдумывать, а идти по предначертанной дорожке. И большая польза для всего народа.
Любопытно, что в 1907 г. о том же самом писал известный тогда публицист Михаил Меньшиков. Писал он под впечатлением революции, но мысль его выходит за рамки непосредственной злобы дня и, как мне кажется, обращена к будущему. Сделаю значительную выписку: оно того стоит.
«В средние века европейское общество сложилось органически, как всякое живое тело, то есть по трудовому типу. Общество было сословно, но сословия были не пустые титулы, как теперь, совершенно бессмысленные, а живые и крепкие явления. Сословия были трудовыми профессиями, корпорациями весьма реального, необходимого всем труда. Дворянство было органом обороны народной, органом управления. Оно действительно воевало. Рождаясь для войны, оно часто умирало на войне. Духовенство действительно управляло духом народным; доказательство — глубокая религиозность того времени и уважение к священству. Купечество торговало и ничем другим не увлекалось, ремесленники занимались ремеслами, земледельцы — земледелием. Как живое тело, общество было строго разграничено на органы и ткани, и при всем невежестве и нищете, зависевших от других причин, этот порядок вещей дал возможность расцвести чудной цивилизации, при упадке которой мы присутствуем.
Упадок строения общественного начался очень давно. Почти за сто лет до революции рыцари и судьи народные превратились в придворных — трагическое призвание их подменилось светским распутством и бездельем. Духовенство потеряло веру в Бога. Среднее сословие, продолжавшее работать, выделило нерабочую корпорацию софистов, которые с Вольтером и Руссо во главе подожгли ветхую хоромину общества. Отказ столь важных органов от работы, извращение сословных функций повели к истощению самого туловища нации — крестьянства. Голодные ткани рассосали в себе атрофированные органы — вот сущность революции. Народ втянул в себя ненужные придатки и старается переварить их, чтобы создать новые. Разве не то же самое идет и у нас?
Что могло бы спасти Россию, это возвращение не к «старому порядку», каким мы его знаем, а к старому порядку, какого мы не знаем, но который был когда-то. Спасти Россию могло бы устройство общества по трудовому типу. Надо вернуть обществу органическое строение, ныне потерянное. Надо, чтобы трудовое правительство постоянно освежалось и регулировалось трудовым парламентом, то есть представительством трудовых сословий страны. Надо, чтобы нелепые нынешние сословия, фальшивые и бессмысленные, были заменены действительными сословиями, то есть, как некогда, трудовыми профессиями, и чтобы эти профессии — подобно органам и тканям живого тела — были по возможности замкнутыми. Необходимо всему народу расчлениться на трудовые слои и чтобы все отрасли труда были настолько независимыми, насколько требует природа каждого труда. Начинать нужно с главного очага революции — с бессословной школы».
Не следует понимать мысль Меньшикова чересчур буквально, как инструкцию. Но большая правда в его мысли есть.
Когда-то Шарль де Голль сказал: «Сталин не ушёл в прошлое - он растворился в будущем!» Точно так, мне кажется, и трудовые корпорации: они тоже не ушли в прошлое, они – дело будущего. И в них - залог будущих успехов нашего народа. Его шанс из прекариата превратиться в тружеников и умельцев.


Тайна 22 июня: второй эшелон заговора Тухачевского?
moris126
Оригинал взят у elle_terra в Тайна 22 июня: второй эшелон заговора Тухачевского?


Пытался ли кто-то устроить военное поражение для смещения Сталина?

Сегодня, когда в России отмечается День Памяти и Скорби, стоит задуматься о том, какой ценой далась не только Победа, но и что скрывало за собой ее начало.

Действительно ли Сталин до самого конца был уверен, что Гитлер не нарушит пакт о ненападении и потому "беззаботно не готовился к войне"? Или шла подготовка по подмене военных планов?

Известный историк, литератор, полковник КГБ в отставке Арсен Мартиросян, один из крупнейших исследователей сталинской эпохи, в интервью Накануне.RU рассказал о своем видении событий 22 июня 1941 г., которые он изложил подробно в своей последней книге "Тайна 22 июня. Итоги исторического расследования". Также он проводит аналогии с днем сегодняшним и с сожалением констатирует: события последнего года – такие, как открытие "Ельцин-центра", памятная доска Маннергейму, – легко могут трактоваться как предательство собственного народа властью.

Вопрос: 22 июня – дата начала Великой Отечественной войны. И вокруг этой даты есть много мифов. Самый распространенный - что Сталин не был готов к войне?

Арсен Мартиросян: Что касается готовности Сталина. Он начал подготовку к будущей войне с 1925 г. Потому что в октябре 1925 г. состоялись пресловутые Локарнские соглашения, предтеча Мюнхенского сговора, они, по сути, были одинаковые – гарантии западных границ Германии и никаких гарантий по восточным границам. То есть - нападай на СССР, иди на восток.

Как только Сталин об этом узнал, он сказал: "Локарн выпустил дух войны на свободу". С этого момента его давняя идея о том, что надо строить социализм в отдельно взятой стране, приобрела конкретные черты. После этого были разработаны планы индустриализации, подъема экономики. К концу 20-х гг. стало ясно, что и Запад тоже начал готовиться к войне. Франция с 1926 г. начала строительство линии Мажино, это тоже был своеобразный сигнал, Англия ввела запрет на продажу Советскому Союзу оборудования, машин, это была так называемая "золотая блокада" – то есть продавали либо за золото, либо за зерно. Ни золота, ни зерна не было.

Вопрос: Золота не было?

Арсен Мартиросян: Золото откуда? Его разворовали во время Гражданской войны и революции, причем разворовали здорово. Кое-что удалось Сталину вернуть для нужд индустриализации, отсюда, собственно говоря, пошла непосредственно сама индустриализация, коллективизация и культурная революция. А если бы не было этих трех столпов советского социализма, не было бы и нашей Великой Победы в 1945 г.

[Читать полностью...]В ходе первой же пятилетки был создан фундамент военно-промышленного комплекса Советского Союза, запущены первые 900 предприятий – и тракторные заводы, и танковые заводы, и ряд других производств. Темпы строительства, темпы экономического развития были чрезвычайно высокие, в первую пятилетку каждые 29 часов в строй входило предприятие, во второй пятилетке каждые десять часов – рост в три раза, в третьей, не законченной из-за войны, в строй входило предприятие каждые семь часов (по сравнению с первой пятилеткой в четыре с половиной раза увеличивались темпы).

К началу войны мы имели вполне развитый, вполне приличный военно-промышленный комплекс, который был в состоянии обеспечить вооруженные силы современным на тот период времени оружием.

Вопрос: И действительно оно у нас было?

Арсен Мартиросян: У нас были хорошие танки, знаменитые Т-34, КВ и так далее. Да, было немалое количество и предыдущих поколений танков, старые БТ-7, БТ-5. Все это было. Были и старые истребители, и знаменитые "Ишачки" И-16, и "Чайка" И-153. Но были и новейшие Як-1, ЛаГГ-1, МиГ-1, МиГ-3. Скажу даже больше – у нас перед войной уже в 1938 г. был разработан истребитель И-180 Поликарпова, который по своим показателям был, в общем-то, истребителем конца Второй мировой войны – это только впоследствии оценили. А на его базе к 1941 г. был разработан истребитель И-185 – тот вообще превосходил всех и вся по всем показателям. Всех и вся – подчеркиваю – во всем мире. И был истребителем-вершиной Второй мировой войны. К сожалению, из-за того, что при первом испытательном полете погиб Чкалов, истребитель этот был отставлен в сторону. Но все без исключения авиаконструкторы создали свои истребители, которые я перечислил, Як-1, ЛаГГ-1, МиГ-1, МиГ-3, все они выросли из шинели И-180 и И-185.

Мы обладали хорошим оружием, обладали в достаточном количестве, были десятки миллионов снарядов, миллиарды запасов различных патронов, огромное количество ГСМ, фуража для лошадей, огромное количество танков, огромное количество самолетов.

Вопрос: То есть полная глупость, что не были готовы? К войне готовились задолго?

Арсен Мартиросян: Армия была достаточно прилично (не скажу, что супер, это было бы нечестно и необъективно) оснащена и могла дать очень хороший, зубодробительный ответ. В отдельных случаях она и дала его.

Почему в начале войны произошла такая трагедия? Не от того, что Сталин был не готов или что-то запрещал – нет. К сожалению, наши генералы, особенно "верхние", что называется, в частности речь идет о Тимошенко как наркоме обороны и Жукове как начальнике Генерального штаба – они избрали катастрофически опасную стратегию вступления вооруженных сил в неизбежную войну. По основному плану, который был доложен руководству страны, предусматривалось активной обороной и активными действиями по сковыванию сил противника принять и отразить первый удар гитлеровской военной машины.

Вопрос: Почему мы не могли объявлять открытую мобилизацию?

Арсен Мартиросян: Под прикрытием этих действий должна была состояться мобилизация основных войск, потому что мы не могли объявлять открытую мобилизацию – это означало бы войну, и сосредоточение основных сил на нужных нам направлениях. И только после этого, и только при наличии благоприятной обстановки планировался переход в решительное контрнаступление с переходом на территорию противника, где его и разгромили бы. Нормальная, абсолютно естественная логика любого нормального генерального штаба. Вопреки этой логике, особенно с приходом Жукова на должность начальника Генерального штаба, все стало подменяться – в результате получилось, что они избрали метод контрнаступления главным методом. То, что должно было стать следствием, стало главным методом. В результате войска начали готовиться к немедленному встречно-лобовому ответному удару по факту нападения. Формально, вроде бы, ничего плохого – в лоб врезать с ходу. Но что за этим стоит? Для того, чтобы войска подготовить по такой схеме, нужно сосредотачивать основные силы на каком-то отдельном направлении. Они сосредотачивали на юго-западном направлении, то есть на плацдарме Киевского округа. Но мало того, что надо сосредоточить основные силы – последствия этого сосредоточения таковы: основная часть линии границы прикрывается узенькой, тоненькой, "жиденькой", как пишут сами генералы впоследствии, цепочкой дивизий.

Вопрос: Что получилось?

Арсен Мартиросян: На каждую дивизию приходится от 40 до 60 км линии обороны. А по уставу полагалось 8-10 км максимум. Дивизия – это основная единица, которая должна была охранять границу и оборонять ее, некоторые дивизии не были укомплектованы полностью личным составом (по уставу апреля 1941 г. дивизия наша должна была иметь 14 тыс. 483 человека личного состава, а подавляющее большинство имело 8-10 тыс., до норматива не доходило). В результате получилось что – мало того, что им "влупили" по 40-60 км, в зависимости от округа, так на метр обороны вместо положенных около 2 бойцов оказалось 0,1 бойца, 0,16 бойца и так далее. Извините, такую оборону не то, что ребенок – комар проломит. Ну что может 0,1 бойца, если против него прет почти 5 здоровенных мужиков? Ничего.

Вопрос: У немцев на некоторых отрезках было численное превосходство?

Арсен Мартиросян: В пересчете на одного пехотинца из плоти и крови получалось превосходство в момент нападения от 300 раз до 64 тыс. раз в ряде случаев. Можете себе представить, чтобы человек нормальный выдержал такое превосходство? С пограничниками, например, в 64 тыс. раз было. Кто это выдержит? Это еще, слава Богу, они держались как-то, ни одна из пограничных застав не отошла без приказа – держали, погибали все, либо отходили только по приказу. Еще какой урон наносили немцы, мы сразу поняли, что не туда ввязались, что называется. Но в любом случае – как живой человек может выдержать такую мощь? Понимаете, что получилось – формально у немцев не было такого количественного превосходства, но в результате этого идиотизма в арифметике, который я сейчас привел, получилось, что одну нашу дивизию "лупят" как будто 10-20-40 дивизий противника. Хотя на самом деле на поле боя этого не было.

Вопрос: Это оплошность генералов?

Арсен Мартиросян: Это уже сознательность, потому что они подменили стратегию. Это уже сознательность и последствия сознательных действий по подмене стратегии.

Дальше. Они ведь прекрасно знали, что на острие германской армии идут танковые механизированные войска. Они не просто знали, они четко это дело проанализировали – если взять доклад Жукова на декабрьском совещании высшего комсостава в 1940 г. – там четко видно, что он прекрасно все знал, хотя, конечно, не сам написал. Написал его помощник, полковник Баграмян. Но все равно – прочитал, значит, уже знал. То же самое Тимошенко показал – да, знает. Спрашивается – какого же лешего, если вы все знаете, вы противотанковую оборону строите из расчета 3-4 ствола на километр фронта? Что будет с этими тремя-четырьмя стволами, если против них в авангарде наступления прет 30 танков? И каждый стреляет. Максимум два залпа – эти три ствола закопаны в землю.

Вопрос: И так – во всем?

Арсен Мартиросян: Авиация передового базирования оказалась в зоне прямой досягаемости вражеской артиллерии. Самолеты наши не заправлены, у самолетов не то вооружение. Кто отдал приказ? До сих пор непонятны конкретные причины, за что расстреляли генералов ВВС. Все их считают невинными жертвами, агнцами божьими, но, извините, ни Смушкевич, ни Рычагов на такую роль не тянут. Потому что приказ о снятии вооружений с самолетов передового базирования пришел от командования ВВС РККА, а это – Смушкевич и Рычагов. С артиллерии тяжелой поснимали прицелы – всю оптику сняли, особенно с гаубичной. Извините, на черт нужна пушка? Понятно любому малышу – не нужна пушка, если на ней нет прицела. Тем более гаубица – она стреляет навесно, как ты будешь стрелять без всяких прицелов? А только с помощью тяжелой артиллерии можно отсечь передовые отряды нападающего противника от основных его сил. Начнешь вот так вот бить, отсекаешь основные силы, а те, кто прорвались, их уже легче будет раздолбать. Были лишены возможности работать, хуже того – в ряде мест подтянули артиллерию со снятыми прицелами прямо к границе якобы для смотра. В первый же день – бабах – все раздолбали либо захватили. Кончилось тем, что мы в течение двух-трех месяцев потеряли практически всю тяжелую артиллерию. Заново пришлось создавать.

Вопрос: Речь о чем – это заговор генералов?

Арсен Мартиросян: Очень даже похоже, я не стесняясь об этом пишу, что это была попытка умышленно устроить военное поражение, на фоне военного поражения осуществить государственный переворот со смещением Сталина. Я считаю, что это фактически второй эшелон заговора Тухачевского – тот провалился, расстреляли, а второй эшелон, к сожалению, остался. Не всех можно было вычислить, потому что в военном деле единственный критерий истины – это война. Самый кровавый критерий истины. Пока не случилось войны, генералы очень хорошо себя показывали, бодро рапортовали – все прекрасно, все отлично, а как только война – бац – и оказалось…

Хотите верьте, хотите нет – командующий Киевским военным округом, который сразу стал Юго-западным фронтом, до обеда 22 июня не разрешал привести войска в боевую готовность. В 4 часа утра по московскому времени немцы начали основные боевые действия, а он до обеда не разрешал приводить войска в боевую готовность.

Вопрос: А когда Сталин сказал, что мобилизация должна быть?

Арсен Мартиросян: Мобилизация была объявлена только 23 июня официально. Потому что если бы раньше объявили, то в суматохе первого дня получилось бы, что мы агрессор. По тем временам объявление всеобщей мобилизации означало объявление войны. Сталин сделал все, чтобы ни у одной сволочи в мире не было шанса обвинить Советский Союза в агрессии. Все сделал вплоть до того, что до 12 часов дня 22 июня мы пытались в эфире открытого радио договориться с японским правительством о том, чтобы они выступили посредником перед Германией, чтобы вернуться обратно в статус-кво довоенный. Японцы формально приняли это, но немцы, естественно, послали их, ничего не удалось. Но до последнего Сталин делал все, чтобы всех лишить возможности обвинить Советский Союз в агрессии.

В отношении приказов. Момент, когда количество сигналов о [начале нападения] 22 июня достигло максимального пика – 47 раз, – было примерно к 18 июня. Нужно было окончательно убедиться, ведь объявление войны, приведение войск в боевую готовность, вывод в пограничную зону – самые опасные шаги.

И 18 июня, когда шквал разведывательной информации достиг апогея, Сталин приказывает ВВС и пограничникам совместно провести воздушную разведку по всей линии границы в пределах компетенции Западного военного округа, то есть Белорусского округа. И ранним утром командир 42-ой истребительной дивизии, генерал-майор Георгий Захаров вместе со своим штурманом садятся в знаменитый "кукурузник" и облетают всю эту границу, каждые 35 км садятся на землю, на крыле пишут донесения, пограничники бесшумно подходят, забирают донесения по своим каналам в округ, и из округа пограничного - в Москву. Пограничники - это же были войска НКВД, а у них своя линия связи была. К вечеру была комплексная картина, что происходит – да, немцы выдвигаются на исходные позиции.

Все, уже лавина пошла, причем такая лавина, что ее не остановить, и обратно она не свернет. 18 июня все было окончательно установлено. Именно 18 июня со стороны Сталина пришел приказ о приведении войск в полную боевую готовность.

Вопрос: Таким образом, получается, у генералов было четыре дня, чтобы привести армию в полную боевую готовность?

Арсен Мартиросян: Да, более того, знали, что главный удар будет по Бресту. В послевоенное время те самые командиры, которые сидели на брестском направлении, чудом выжили в войне, они сами написали, что они знали, и знал, естественно, командующий Западным округом Павлов. Спрашивается - ты почему, мерзавец, тогда не вывел войска из Брестской крепости? С четырех до пяти утра мы потеряли, вы только вдумайтесь – три дивизии с ходу. Прямо в гущу живых тел начали падать снаряды. А ведь его за год до этого предупреждали, что надо убрать оттуда дивизии, бывший командир, командующий четвертой армией Чуйков Василий, впоследствии знаменитый герой Сталинградской битвы и маршал Советского союза, он же требовал, он орал, кулаком стучал – требовал, чтобы убрали эти дивизии. А ему в ответ "молчать", и все. Дошло до того, что его "сослали" во внутренний орловский округ. Поставили другого командира, тот тоже попытался вякнуть, но так и оставили до конца. При том оставили, в том числе и по согласованному с начальником генерального штаба Жуковым специальному разрешению.

Вопрос: Путаница со временем начала войны в мемуарах у Жукова – почему наш военачальник вдруг начал писать время по берлинскому поясу – то есть в "три часа"? О чем это говорит?

Арсен Мартиросян: Да, есть такое. Но вообще непонятно, кто конкретно писал, и что там осталось от Жукова. Потому что ему на 500 страницах главная военная цензура и партийная цензура выдали список замечаний, рекомендаций и пожеланий. Что дописать и переписать. 500 страниц, вы представляете, что это такое? Целый том. Что там после замечаний осталось от Жукова – я уже не знаю. Теперь, что касается этих часов. Он то ли, откровенно говоря, не отдавал себе отчета, что он пишет. То ли, действительно, на старости лет "сбрендил". Потому что действительно, он применил берлинское время. Я в своей фундаментальной работе "22 июня. Блицкриг-предательство" привел полный перечень сообщений с погранзастав – в котором часу начали стрельбу немцы. Причем с переводом на московское время. Пограничники отчитываются по московскому времени. Местное-то местное, но когда идет отчет в Москву, они отчитываются только по московскому времени. У него несуразица получилась и с этим перебежчиком, изъезженным Альфредом Лисковым. Его привели в штаб пограничников, когда уже до начала нападения то ли час оставался, то ли полчаса. Что он мог сообщить еще, тем более, что можно было бы сообщить Сталину? Почему он так написал – я не понимаю. В "03.01 мне звонили с Черноморского флота". Вообще, странное дело, почему он на Черноморский флот ссылается? То ли от того, что вице-адмирал Октябрьский был его "корешем", то ли почему? Ведь куда уместней было бы сослаться на Балтийский флот. А если уж по-честному, так надо было ссылаться на сообщения командующих округами. Ведь основную тяжесть принимают на себя сухопутные войска, а не флот.

Вопрос: Ваша книга - с подзаголовком "Анатомия предательства" в названии, то есть Вы считаете, что вся эта "неготовность" генералов была не всегда просто оплошностью?

Арсен Мартиросян: Я показал, как они шли год к подмене плана обороны, в чем суть этой подмены, уже очень подробно показал по каждому округу, что происходило с применением данных комиссии Покровского, в сопоставлении с конкретными боевыми действиями, и, наконец, в сочетании с данными военной контрразведки. И то, что накануне было и то, что в первые дни – это все позволяет детально показать "анатомию" того, что произошло там и как. Как оценивали те или иные стороны те или иные события.

Вопрос: Как Сталин допустил этот "генеральский заговор", ведь и был 1937 г., когда тоже зачистка шла?

Арсен Мартиросян: Не всех вычислили, кого могли вычислить, пока не начались неуправляемые процессы. И оппозиция, в том числе и военная оппозиция, приняла тогда решение – еще в 1936 г. – о том, что как только их будут арестовывать, каждый из них должен сдавать как можно больше невинных людей. Что называется, "закладывать". И они сдавали. Кто по 100, кто по 150 человек – это будет огромный вал проверок, документов, это будет тормозить систему, вызывать в народе панику, страх и недоверие к власти. Ну, вы представляете, берем логику контрразведки (и вообще любого правоохранительного органа) – вот подследственный, он называет 100 человек своих сообщников. Каждого из них, значит, надо проверить. И вот начинается, две-три бумаги собрали, надо человека задержать, проверять его. А этот, например, еще сто человек сдал. Два-три раза натолкнулись на таких, и от арифметической прогрессии задержанных мы переходим к геометрической. В результате - гигантское количество людей оказались репрессированы. Ни за что, ни про что. Но что это, вина Сталина? Или самой Лубянки? Это вина оппозиционеров, которые сдавали невинных людей, тащили их за собой.

Вопрос: Есть доказательства, примеры?

Арсен Мартиросян: Например, Михаил Кольцов (настоящее имя — Мойсей Фридлянд, псевдоним в Испании — Мигель Мартинес, журналист - прим. ред) старший брат Бориса Ефимова художника- карикатуриста. Борис Ефимов до конца своей жизни на телевидении фиглярничал, что, мол, не знает, за что братика арестовали. Братика арестовали за дело. Ну, во-первых, этот журналист не за что носил звание комкора, то есть генерал-лейтенанта ему присвоили по дружбе, хорошие деньги ему платили, 3 тыс. руб. доход, собственный выезд, санатории и льготы. Так вот этот "милый" журналист помимо того, что он занимался очень неблаговидными делами, из-за чего руководство испанской компартии написало даже Сталину, он, как только попал на Лубянку, тут же "сдал" свыше 100 человек. Вот что делать с этой сотней человек? Или Мейерхольд. За что взяли – одно дело, но зачем ты сразу на 100 с лишним человек написал доносы? Зачем? Эти люди потом долго "отмывались". А кто-то не "отмылся". В целом, в 1937-1938 гг. было около 4 млн доносов. Вот что произошло. В принципе справедливо начатая операция по очищению армии и общества и на самом первом этапе очень даже обоснованная, аргументированная операция, в итоге превратилась в кровавую вакханалию.

Вопрос: Может, их заставляли писать эту сотню доносов на Лубянке? Применяли к ним силу?

Арсен Мартиросян: Да кто может заставить на невинного человека писать донос? Ну, вот, Рокоссовский – выбили зубы. Никого не оговорил. Генерал Горбатов тоже. Будущая жена маршала Катукова в 1937 г. тоже попала "под раздачу" - ни на кого не написала доносов. Зато те, кто доносов не писали, оставили очень интересные свидетельства – они пишут, что сидели с такими-то, такими людьми и что эти люди, когда возвращались с очередного допроса, приходили и так удовлетворенно сообщали всей камере: "Вот, сегодня заложил еще 17 человек!", "А вот я сегодня еще 50 заложил". И радостно хихикал на всю камеру, пока морду не разбивали.

Вопрос: А почему оппозиция пошла на такой шаг?

Арсен Мартиросян: Дело в том, что Сталин, будучи откровенно принципиальным партийным деятелем, в 1935 г. открыто их предупредил – кончайте вашу возню подпольную, не до этого сейчас. Кончайте, иначе будет произведена чистка. 15 мая 1935 г. открытым текстом предупредил, что создается специальная комиссия по проверке членов партии. Более того, он открыто генералам 4 мая 1935 г. сказал – кончайте строить заговоры, я знаю, что вы собираетесь кое-кого из нас убить. В открытую сказал. Нет, чтоб прекратить, пока вас не перестреляли. Нет, они до конца все вели, и в итоге и армия пострадала - конечно, когда высший командный состав попадает в такую ситуацию, моральный дух армии падает. Все эти факты архивными документами подтверждаются. В том, что я рассказал, нет ни одного слова выдумки или предположения. Все четко подтверждается архивными документами. Как после этого оценивать действия оппозиции? Как оценивать все эти вопли в отношении репрессий?

Вопрос: Сейчас 1937 г. сделали символом всего периода правления Сталина.

Арсен Мартиросян: В отношении гражданских лиц спихивать просто все на Сталина, вообще задумку репрессий – преступление. Ведь не он инициатор. Что произошло? 5 декабря 1936 г. приняли Конституцию, самая демократичная конституция того времени во всем мире. Впервые в истории России должны были состояться тайные альтернативные выборы. При тайном голосовании. Мало того, что оппозиция пыталась палки ставить в колеса еще в период, когда создавался проект конституции. Так или иначе, Сталину удалось довести дело до конца. Но дело в том, что оппозиция прекрасно поняла – с помощью этих новых выборов в новый Верховный совет, Сталин планирует произвести мирную ротацию всего правящего элемента. А их примерно 250 тыс. Кстати, НКВД примерно на такое количество расследований и рассчитывал. Понять-то они поняли, а вот что делать? Расставаться со своими креслами не хочется. А они же прекрасно в то время понимали одно обстоятельство – за предыдущий период они такого натворили, особенно в период индустриализации и коллективизации, что народ с большим удовольствием не только их не выбрал бы, но еще и башку бы им разбил. Многие секретари были по локоть в крови.

Вопрос: Тот же Хрущев?

Арсен Мартиросян: Да, Хрущев один чего натворил. Так вот, для того, чтобы как-то принизить роль этих новых выборов накануне введения в действие инструкции об этих выборах, был пленум ЦК ВКП(б), после этого пленума группа первых секретарей во главе с Хрущевым и первый секретарь Западно-Сибирского Крайкома ВКП(б) Роберт Эйхе, самая жесточайшая фигура среди кровожадных вампиров – эти два мерзавца начали давить на Сталина, что надо сначала почистить ряды граждан от всякого контрреволюционного элемента, кулаков и прочих и остатков буржуазных партий, царских элементов. И только потом проводить выборы.

А почему они на кулаков вообще насели? А дело в том, что в 1934-1935 гг. генеральный прокурор СССР Вышинский провел массовую реабилитацию и возвращение обратно так называемых "выселенных" крестьян по делам коллективизации и "О трех колосках". Он провел реабилитацию. Они вернулись озлобленные. С одной стороны, были благодарны советской власти, молились на Сталина, но, с другой стороны, были злы на этих первых секретарей лично, которые их упекли. Там было полное самоуправство – в одной из областей Хатаевич, этот милый человек, понимаете, объявил фактически гражданскую войну в ходе коллективизации в своем отдельно взятом регионе. В результате чего Сталин вынужден был ему пригрозить, что расстреляет сходу, если не прекратишь издеваться над людьми. Конечно, народ это все помнил в 1937 г., они бы просто галочки на выборах поставили – и эти кровопийцы пошли бы куда подальше.

Сталин действительно планировал такую операцию по мирной ротации, он открыто об этом сказал американскому корреспонденту в марте 1936 г. Говарду Рою. Он заявил, что эти выборы будут хорошим хлыстом в руках народа по смене руководящих кадров, прямо так и сказал - "хлыстом". Разве вчерашние "боги" своих уездов потерпят хлыст? Они требовали санкции на чистки. Сталин был вынужден дать им разрешение, но он поступил очень хитро – он дал им короткий срок, пять дней. Из этих пяти дней один день – это воскресенье. Он рассчитывал, что они не уложатся. А оказывается, эти мерзавцы уже имели списки. Буквально на второй же день пошли телеграммы с мест – первые Хрущев и Эйхе. Потом своего дружка Эйхе, которого в 1939 г. расстреляли по справедливости за все его жестокости, Хрущев реабилитировал первым в 1954 г.

Вопрос: Вы исследовали феномен предательства некоторых представителей высшего военного руководства СССР. Предательство имело место не только до войны, но и после смерти Сталина? Кстати, вы неоднократно говорили – убийства Сталина?

Арсен Мартиросян: Точно убежден, что было убийство. Количество фактов свидетельствует о том, что его убили. Ну, самый простой пример, который знает любой – когда умирает человек, по старинной традиции ему кладут на глаза пятаки, чтобы веки закрылись. Если в полевых где-то условиях – просто проводят рукой, закрывают. Врач высшей категории Чеснакова, которая была приглашена к умирающему Сталину, положила пятаки. Так веки не закрывались под тяжестью пятаков. Это означает, что он был отравлен. Потому что веки застывают в том положении, в котором организм был отравлен. Вот в этом положении они застывают. Потом приходится силой закрывать.

Вопрос: Как Вы удачно сказали в одной из своих книг: история - это разведка, разведующая назад и, возможно, о сегодняшних реалиях мы сможем узнать только в будущем. Но все же, на каком историческом пути Россия сегодня, по-Вашему? Есть аналогия с "предательством элиты" в 1937 г., когда чиновники у кормушки не хотели оставлять свои теплые места, но и работать тоже не могли, их бы просто не выбрали?

Арсен Мартиросян: Вы абсолютно правы, ситуации очень похожи. Очень похожи, потому что у Путина, судя по всему, не хватает сил либо решимости - при всем том, что он достаточно решительный человек – справиться со всеми этими негодяями. Но меня что поражает. Во многих печатных изданиях разве что только матом не кроют, остальное все пишут - критикуют Правительство и министров – особенно транспорта, экономики, Набиуллину ту же самую - так критикуют, ну вы меня извините, легче расстрелять уже, чем дальше критиковать. Ну, спрашивается почему же ты, мил человек, не видишь?

Ладно, все считают, пытаются насаждать мнение, что он "своих" не сдает. Хорошо, допустим, это так. Допустим, что это очень благородная черта. Он, значит, считает себя ответственным за них. А почему эти мерзавцы не считают себя ответственными перед тем, кто им дал такую власть, такие блага и такие возможности? Почему они не считают себя ответственными за то, что он фактических сохраняет им жизнь? Ведь если их снять – их разорвут.

Это хорошо, что мы слабенького Башара Асада поддерживаем, хорошо, что Крым вернули, но сколько не кричи "халва-халва" - во рту слаще не будет. Работать надо, надо, чтоб эти черти работали. Тот же самый Мантуров или Улюкаев, который кличку получил "водолаз" – он каждый раз дно измеряет. Изучает "дно падения", в интернете стихи сыну пишет, они есть, почитайте – "в этой стране жить нельзя, это поганая страна, уезжай, сыночек туда". Или тот же самый Кудрин. За то, что этот "специалист" провозглашает, его бы в свое время, как его предыдущего коллегу Бриллианта-Сокольникова, наркома финансов – расстреляли. Абсолютно за те же самые мысли, которые проповедует Кудрин. Я обалдел, когда увидел даже одну и ту же цифру – Сокольников в начале 30-х гг. пропагандировал необходимость развития не более, чем на 7% в год. И Кудрин – то же самое ляпал.

Вопрос: Это когда нам надо было выйти на уровень – каждые семь часов по предприятию?

Арсен Мартиросян: Да, Сталину надо было темп накопления резко увеличить, а для этого 16-25% нужно было, так и давали в предвоенные годы. Это вообще фантастика, ни одно государство в мире не могло себе такого позволить, и до сих пор никто не может перекрыть этот рекорд. Вот, что делалось.

Вопрос: А ведь были и "авторитарные режимы" (в чем обвиняют Сталина), были и "либеральные свободные", вот, хоть сейчас у нас - "свобода рынка и демократия" – а темпов таких нет. Почему? Какая-то суть была другая, идея созидательная?

Арсен Мартиросян: Да, созидательная идея, у нынешней власти нет идеи. Когда я услышал, что Путин поехал открывать "Ельцин-центр", я сказал – все, конец твоему авторитету, товарищ полковник. До этого он умудрился достаточно серьезно дистанцироваться и фактически "очиститься" от ельцинского прошлого. Ведь он уже третий раз президент. Сто раз повторили его слова, что развал Советского Союза – это великая геополитическая катастрофа, он много критиковал порядки 90-х. Никто не собирался уже и колоть его этим ельцинским прошлым. И вот- 7 млрд еще туда вбухали.

Вопрос: Ну, вкладывают во что? В идеологию?

Арсен Мартиросян: А какая идеология "ельцинизма"? Это идеология разрушения. Разрушения личности, разрушения общества, государства, Родины. Путин пытается восстановить то, что было разрушено при Ельцине. Но таких темпов, как при Сталине, они уже достигнуть не могут. При Ельцине разрушали с такой же скоростью, как при Сталине – строили. Очень быстро. На одной внешней политике патриотизм не работает. Люди это чувствуют, вот скоро выборы в Госдуму, и будет большой перекос, будет много скандалов, и "бриллиантовые" чиновники будут вынуждены пойти на фальсификации. Потому что многие не пройдут, народ устал от этих лощеных попугаев.

Вопрос: Накануне Дня Памяти и Скорби установили табличку маршала Маннергейма в бывшем Ленинграде – это тоже своего рода предательство?

Арсен Мартиросян: Нельзя было такому человеку ставить памятную доску в городе, жители которого до сих пор остро хранят память о тех невинных жертвах блокады, которая была устроена в том числе и при помощи финских войск. Как можно было это сделать? Попытки Мединского как бы оправдаться перед населением Петербурга, которое возмущенно кричало – не надо этого устанавливать – попытки его заявить, что "не надо быть святее Папы Римского", Сталина в этом вопросе, который взял под защиту Маннергейма, несостоятельны.

Мединскому стыдно, как доктору исторических наук, такие вещи говорить, он прекрасно ведь знал, что Сталин не тронул Маннергейма только по одной причине - потому что это была согласованная позиция с Западом, коли он выводит Финляндию из войны, то его не будут преследовать, как военного преступника. Вот и все. Вот почему Сталин не тронул Маннергейма. Брать его под защиту – он не брал. Это был преступник. И Сталин прекрасно знал, но он ради того, чтобы уменьшить жертвы советского народа, чтобы поскорей избавиться от этого фронта с Финляндией, пошел на такой шаг.

Кто надоумил Мединского? Что такое из себя Финляндия представляет, что вы так кланяетесь перед ней перед 22 июня? Маннергейм своим преступным поведением 1920-1922 гг. до войны доказывал, что он враг Советского Союза. Почему вы не вспомнили, что 11 июня 1941 г. Финляндия подписала официальный договор с гитлеровской Германией о совместном нападении на Советский Союз? Почему никто не вспомнил, что Финляндия объявила нам войну раньше, чем Гитлер на нас напал? Потому что 17 июня в Финляндии была объявлена всеобщая мобилизация, по тем временам – это автоматически означает войну. Почему вы не посмотрели в сторону Пискаревского кладбища, где сотни тысяч невинных жертв лежит? Почему вы ставите памятник такому негодяю, как Маннергейм? Он перечеркнул все свои заслуги перед Российской Империей, перед Россией - я их не отрицаю, но он их перечеркнул, потому что участвовал в таких преступлениях, на его совести такое количество жертв. Почему нельзя было прислушаться к голосу питерцев?

Идите, поклонитесь могиле Гесса, езжайте в город, где родился Гитлер, и там походите, поставьте венки – то же самое будет. Как можно не учитывать мнение всего народа, да даже конкретных жителей конкретного города, так жестоко пострадавшего в годы войны – на тебе, ставят памятную доску человеку, который участвовал в организации этой блокады?!

В России происходит предательство народа, и это страшно и опасно.

http://www.nakanune.ru/articles/111817/


Превосходнее читать Фишера 1911 года, чем болтовню до и после
moris126
Оригинал взят у kubkaramazoff в Превосходнее читать Фишера 1911 года, чем болтовню до и после
poomvort: Народ, посоветуйте учебник по политэкономии

- На 98,0% - Фишер 1911 года, Покупательная сила денег - к слову, полноценный русский перевод, без подтирок как на Западе.

Остальное невозможно к формализации, к учёту. Болтовня неподлежащая.

Политэкономия, внутренняя и внешняя, не может полагаться на болтовню и психологические предпочтения индивидуума и массы индивидуумов. Необходим простейший формализованный учёт. По учёту определяется, на каких сравнительных уровнях долга, на каких сравнительных уровнях капитала вообще - физического, долгового и денежного, один индивид готов грабить другого, на каких уровнях объединение одних индивидуумов готово погибать и убивать объединение иных индивидуумов...

У Фишера некоторые аспекты разжёваны по три круга, аж лишне - как видится из 21 века. Но превосходнее читать "жвачку" Фишер-1911, чем болтовню до и после него.

_______________
Автор идеи: Родион Раскольников


Как царские генералы Октябрьскую революцию делали. Часть 2
moris126
Оригинал взят у starkov_blues в Как царские генералы Октябрьскую революцию делали. Часть 2
Оригинал взят у cochneff в Как царские генералы Октябрьскую революцию делали. Часть 2



Ленин тайно приехал в Петроград где-то меж 7 и 10 октября. 10 и 16 октября состоялись два «исторических» заседания, на которых Ленин с неприятностью узнал, что члены ЦК, его вернейшие ученики, весьма кисло относятся к обещаемому перевороту. Большевики не хотели брать власть (это видно из мемуаров Раскольникова) и не понимали, зачем им это нужно.

Некоторые, вероятно, испытывали просто страх — а вдруг их повесят, и торопились отмежеваться. 18 октября Каменев в газете Горького напечатал от своего и от Зиновьева имени заявление, что они — члены ЦК большевиков — против переворота.

«Двадцатое октября» всех запугало и у всех навязло в зубах. ВЦИК и его председатель Дан почли за благо отстраниться от одиозной даты и перенести открытие съезда Советов на среду 25 октября.

Заговорщики использовали последний шанс: 20 и 21 октября военный министр Верховский страстно убеждал правительство и Предпарламент немедленно начать мирные переговоры с Германией и Австро-Венгрией. Правительство уволило Верховского.

21 октября, в субботу, состоялось сверх-тайное заседание ЦК большевиков (о котором не знал Троцкий), где был утверждён секретный «практический центр» руководства переворотом от большевиков: Сталин, Дзержинский, Урицкий.
Read more...Collapse )



Глобальный переезд цивилизации. Заглянем за горизонт.
moris126
Оригинал взят у chipstone в Глобальный переезд цивилизации. Заглянем за горизонт.
1.       Символизм лондонского вояжа Си Цзниьпина.
Прошедший беспрецедентный по длительности и торжественности визит Си Цзиньпина в Лондон продолжает бередить умы мировых политологов. В том числе и множественной символикой, которой был наполнен.

Это и склонившаяся!!! в поклоне королева во время приветствия китайского Председателя. И королевская карета, в которой Си Цзиньпин проследовал вместе с королевой в Букингемский дворец. И конечно, алое платье Кейт Мидлтон в сочетании с драгоценной тиарой на голове на торжественном обеде, вызвавшее больше всего разговоров и слухов.  В наиболее скромном виде этот момент был отмечен таким образом, что по китайским!!! традициям красный цвет символизирует благополучие и процветание. Но более тонкие наблюдатели отметили, что красное платье женщина одевает только на свою свадьбу.

Дополнительным поводом к подобной трактовке дал тот факт, что жена самого Си на этом обеде сидела отдельно от мужа и вообще не попала в официальные фотографии, как и муж самой Кейт, принц Уильям. Несмотря на то, что именно его пророчат в будущие монархи Британии.
Read more...Collapse )


А упало, Б пропало...
moris126
Оригинал взят у kanchukov_sa в А упало, Б пропало...
Оригинал взят у vladimir_krm в А упало, Б пропало...
Оригинал взят у charsov в А упало, Б пропало...
Кто остался на трубе?

Что сделал Башар наш Асад и почему все против него ополчились - а особенно саудиты и катарцы?

Асад отказался в 2009 году подписать договор с Катаром о строительстве газопровода с Катарских северных месторождений через Сирию, Саудовскую Аравию, Иорданию, Турцию и далее в Европу, мотивируя это тем, что для его русских друзей это будет конец.
Read more...Collapse )



Удивительная история о мышах, которые совсем как люди.
moris126
Оригинал взят у starkov_blues в Удивительная история о мышах, которые совсем как люди.
Оригинал взят у alexandr_rogers в Вселенная-25
Американский ученый-этолог Джон Кэлхун провел ряд удивительных экспериментов в 60–70-х годах двадцатого века. В качестве подопытных Д. Кэлхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего для человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин, «поведенческая раковина» (behavioral sink), обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселения и скученности. Своими исследованиями Джон Кэлхун приобрел определенную известность в 60-е годы, так как многие люди в западных странах, переживавших послевоенный бэби-бум, стали задумываться о том, как перенаселение повлияет на общественные институты и на каждого человека в частности.
о мышах как о людяхCollapse )


[reposted post]И вновь продолжается бой!
kanchukov_sa
reposted by moris126
Оригинал взят у amfora в И вновь продолжается бой!
Выборы в Донецке прошли. Международные наблюдатели уехали. Обстрелы возобновились с новой силой.

Ничего не закончено. И даже не заканчивается. Все только начинается.

Главные бои - впереди!

Донбасс сам по себе - не такой ценный регион, из-за которого в США и Европе стали бы закрывать глаза на незаконную войну, нарушения международных конвенций, вопиющие нарушения прав человека и на радикальный национализм с элементами фашизма на европейском континенте.

Если бы Европа и США хотели мира, ни одна пушка на юго-востоке Украины не стреляла бы. Киев не посмел бы без одобрения западных покровителей посылать войска. А если бы посмел - случился бы очередной госперепорот и вопрос был бы закрыт.

Эта война нужна Западу. Но не как война с Донбассом - этот регион сам по себе не представляет собой такой большой ценности для сильных мира сего.

Конфликт на юго-востоке Украины - это элемент Третьей мировой войны.

Read more...Collapse )


рисовальщик
moris126
Оригинал взят у mi3ch в рисовальщик
tumblr_mzv1pvI1OJ1re9xemo1_500

Рисунки Сола Стейнберга

xxxCollapse )

?

Log in